В нашей гильдии есть маг восьмидесятого уровня, который за полгода не нанёс урона ни одному живому существу. Его зовут Прошка. Он стоит в Даларане между аукционом и почтовым ящиком, и если вы когда-нибудь искали там кого-то знакомого, вы почти наверняка стояли рядом с ним.

Мы долго считали, что он просто не любит драться. Потом выяснилось, что он дерётся, просто по-своему.

Человек у ящика

Прошка знает вещи, которых не знает никто. Он знает, что ледяная ткань дешевеет в воскресенье к ночи, потому что все возвращаются из походов и вываливают недельную добычу разом. Он знает, что морозный лотос дорожает в среду, и знает, почему: люди начинают готовиться к рейду за сутки, а не за неделю, хотя каждый из них уверен, что он-то планирует. Он знает, у кого из портных вечно не хватает вечной тени, и знает, что кузнецу с Кузнечной улицы можно продать титановую руду на два золотых дороже, чем всем остальным, потому что кузнец не любит торговаться и уважает тех, кто не заставляет.

— Прош, ты вообще в рейд когда пойдёшь?

— Я поддержка тыла, — отвечал Прошка.

Один раз его всё-таки уговорили. Он пришёл, минуты полторы искал в сумках посох, потом умер на первой же группе мобов — не на боссе, на обычных мобах в коридоре, — вежливо сказал «извините» и до конца вечера тихо разбирал добычу по стопкам. Больше мы не настаивали.

Таблица

У Прошки есть таблица. Мы видели её один раз, на демонстрации экрана, и это было похоже на диспетчерскую железной дороги.

Там девять листов. На одном — цены за три месяца, столбиками. На другом — кто из гильдии чем занимается: у кого алхимия, у кого кулинария, кто обещал делать флаконы и не делает. На третьем — «ждут»: список людей, которые сказали ему «слушай, если попадётся, возьми мне». Прошка не забывает из этого ничего.

Цель у него была понятная: он копил на крафтового маунта. Считал точно, до последней сотни, и раз в неделю сообщал остаток. Мы уже привыкли слышать это как прогноз погоды.

Среда

Двадцать второе число, среда, двадцать два сорок. Прошка стоял у ящика и, как обычно, ничего не делал.

Ему написал незнакомый человек. Рейдовый лидер из чужой гильдии, с которой мы даже не здоровались. Судя по орфографии, писал он на бегу.

— Привет. У тебя есть флаконы? Хоть сколько.

— Есть. Сколько нужно?

— Двадцать пять. И еды. И точильных камней, если чудо.

Дальше выяснилось смешное и очень обычное: у них стоял рейд на двадцать пять человек, собранный три недели, и в этот рейд впервые пришли все, а расходников не было ни у кого. На тройных рейтах персонажи растут быстро, а привычка готовиться отрастает медленно. Аукцион был пуст: кто-то выкупил всё под ноль ещё в понедельник.

Этим кем-то был, разумеется, Прошка. Он выкупил тогда всё по девять золотых, потому что по девять — дёшево, и лежало оно у него в банке ровно на такой случай.

— Держи, — написал он. — По девять.

— По девять? Ты понимаешь, что сейчас можно по пятьдесят?

— Сегодняшняя цена ещё не сложилась, — ответил Прошка. — Пользуйся вчерашней.

В одно письмо влезает двенадцать вложений, поэтому получилось четыре письма. Одиннадцать минут — и чужой рейд, который уже начинал расходиться, сел ужинать.

Сорок шагов

Босса они в тот вечер убили. Мы узнали об этом на следующий день, из скриншота, который тот самый лидер зачем-то прислал Прошке лично. Прошка посмотрел и сказал только:

— Хорошо. Значит, к пятнице у них снова всё кончится.

Он оказался прав, конечно. С тех пор их снабженец пишет ему первым, ещё до аукциона, и в таблице появился десятый лист, подписанный чужим ником. Прошка так и не выучил, кто у них танк, зато точно знает, сколько у них горит эликсиров за вечер.

Маунта он всё-таки скрафтил — в феврале. Ездит на нём от банка до аукциона. Это сорок шагов.

Про профессии, аукцион и подготовку к рейду — в гайдах. Если персонажа ещё нет, он начинается здесь.